СОБЫТИЯОб этом говорят. |
 |
BALKANFEST: Инъекция радости |
|
|
|
|
Сейчас, когда первый BalkanFest стал историей, кажется удивительным, как до этого раньше никто не додумался в Украине. В стране, где о фильмах Эмира Кустурицы говорят, как минимум, с уважением далеко не в самом узком кругу. Где о цыганах вспоминают, не только заметив неожиданное похудание бумажника, но и на пике любого по-настоящему бурного праздника. Где из-за географической близости южных (по сути, балканских) славян принимают по сути за таких же братьев, как и восточных/западных соседей. Организаторы намерены превратить фестиваль в традицию. Если учитывать его узкопрофильность, заложенную в самом названии, такие амбиции могут показаться опрометчивыми. Казалось бы, балканская культура – это не только осколки бывшей Югославии плюс Болгария и Румыния (сюда же Молдавия), но и Греция с Албанией и даже немного Турция, и потому вряд ли ближайшим пяти-шести выпускам BalkanFest угрожает дефицит исполнителей. В список кандидатов попадают и артисты, которые исполняют музыку гор, находясь в любой другой точке мира: Gogol Bordello, в конце концов, вообще базируются за океаном. Разумеется, ключевое значение имеет не дислокация, а причастность к этой похоронно-свадебной традиции веселиться. Однако описанной широте выбора сопутствует кричащее отсутствие в балканском жанре настоящих звезд с мировым именем. Помимо двух хэдлайнеров первого феста на ум приходит только Горан Брегович. Само по себе это, естественно, ничем не плохо, но резонансности будущих балкан-форумов не способствует: все-таки каждый раз должны быть имена, которые уместно написать на афишах большими буквами. Можно, конечно, самостоятельно творить звезд, но на такое способны лишь фестивали с устоявшейся сильной репутацией. BalkanFest, судя по первому опыту, потенциально способен стать таким. Но пока только потенциально. И потому вполне понятно желание солиста «Гайдамаков» Александра Ярмолы (как представителя «принимающей» стороны на первом BalkanFest) видеть в дальнейшем на фестивале польских и чешских музыкантов. Инстинкт самосохранения почти наверняка со временем выведет BalkanFest на просторы world-музыки как таковой. В конце концов, репертуар тех же «Гайдамаков» связан с балканской традицией очень относительно, скорее это музыка карпатских гор. Что не помешало им все же выступить на фестивале. Расширение диапазона BalkanFest совершенно не обязательно сделает его второй «Країной мрій» или растворит в длинной обойме отечественных этно-фестивалей. Главное - сохранить беспечный балканский дух. Грубо говоря, приглашать каких-нибудь бронебойных In Extremo, Transglobal Underground или Afro-Celt Sound System, а не нынешнего хмурого Стинга, как бы он ни был великолепен, знаменит и как бы ни ложился в world-формат. Кто хоть раз бывал в республиках бывшей Югославии, не даст соврать: там люди патологически склонны к счастью независимо от того, солнце на небе или тучи. Суть и балканского мироощущения, и музыкальной традиции – радость несмотря ни на что. И вышеупомянутый Брегович, выпустив восемь лет назад бесподобный альбом «Irish Songs», наглядно показал, что у этой радости нет ни географических, ни культурных границ. Все написанное надо понимать не как критические палки в колеса новорожденному фестивалю, а как пожелание ему долгих лет жизни. Теперь самое время вспомнить, чем же был так прекрасен дебютный BalkanFest. День первый Сначала о грустном. Даже в комплекте с теми, кто окучивал упакованные пивом буфеты столичного Дворца спорта в ожидании выхода Gogol Bordello, набралось не более трети зала. Забегая вперед, скажем, что на Кустурице днем позже было немногим больше. Возможно, виной тому трюки с ценами: знакомые меломаны жаловались, что на какой-то период из продажи странным образом пропали билеты дешевле 500 грн., хотя изначально они стоили от 170 грн. Возможно, дело в пресловутом кризисе. Причину пусть выясняют маркетологи, но следствие было печальным: часть танцпола и большая часть трибун оба вечера зияли красноречивыми пустотами. Закрывая тему огорчений, пожелаю организаторам BalkanFest сменить в будущем ведущего. Такого воинствующего пустозвонства и некомпетентности уважающий себя фестиваль допускать не должен. Закулисное общение конферансье с музыкантами, которое транслировалось на мониторы в зал, вызывало неконтролируемое чувство стыда за увиденное. Неудивительно, что, оказавшись на месте интервьюируемого, Александр Ярмола сказал молодому человеку: «Давай без вопросов, я буду говорить сам». Первыми раскочегаривать публику отправили румын из Fanfare Ciocarlia. Земляки графа Дракулы порадовали обилием дружно звучащей меди в инструментарии, улыбками до ушей и Fanfare Ciocarliaвспышками эйфории застольного свойства. Как введение в тему – самое оно. Сербский K.A.L. не поддержал начинание – это была, пожалуй, единственная посредственная группа на фестивале. Кроме волевой лысины солиста, размашистой красной звезды на его футболке и нелепой кавер-версии знаменитой мелодии Лало Шифрина из «Миссия: невыполнима» и вспомнить-то нечего. А вот то, что было после, уже сложно забыть. Приезд Gogol Bordello сопровождало заметное околомузыкальное возбуждение, которое разогрели СМИ. Это был первый крупноформатный концерт группы Евгения Гудзя непосредственно на малой родине (формально таковой является Боярка, но это детали). Кроме того, это был визит в Украину последнего фаворита Мадонны, что добавляло BalkanFest некоего светского шику. Положа руку на сердце, стоит признать, что благодаря сотрудничеству с поп-королевой Гудзь и стал известен большой аудитории, в том числе украинской. Благодаря этому же стало возможным заявить его в качестве хэдлайнера. Еще три года назад выступление Gogol Bordello на одной из больших сцен Киева сложно было представить. Десятки отечественных музыкантов живут и работают за границей, но это не обеспечивает им сцены уровня Дворца спорта. Между тем, в записи группа Гудзя производила устойчивое впечатление колхозного фолк-панка, даром что альбомы Gogol Bordello полировали далеко не последние инди-продюсеры мира (к примеру, Стив Альбини, писавший в разное время Nirvana, PJ Harvey, Mogwai, Manic Street Preachers и пр.). Фрагменты концертов команды убеждали, что лучше всего такая музыка звучит в заблеванном по самый потолок кабаке, а Мадонна сошла с ума на почве тоски от сожительства с Гаем Ричи. Все написанное выше остается в силе и после BalkanFest, но с одной поправкой: слушая Gogol Bordello живьем, их практически невозможно не полюбить. Выдающийся шоумен Гудзь и его интернациональная бригада родом с четырех континентов, выходя на сцену, надевают на зал невидимый экстатический колпак. На головы людей, быстро теряющих самоконтроль, сваливается лавина первобытных эмоций. Кажется, будто с подмостков дикими волнами несется энергия в чистом виде – слово «драйв» выглядит слишком беззубым и ординарным для объяснения этого феномена. Угар, излучаемый Gogol Bordello, отличается от среднестатистического бодрого рок-концерта так же, как чистый спирт – от традиционной водки. При этом очевидно и то, что Гудзь создал никакой не андеграундный и не субкультурный, а вполне массовый, рассчитанный на миллионы поп-проект. И то, что он не без помощи Мадонны пробил вверх «roof of underground», о которой поет в одной из своих песен, ни капли не странно. Несмотря на всю видимую аффективность, Gogol Bordello, по крайней мере, в их нынешнем состоянии, – четко просчитанный механизм по приведению широких народных масс в состояние благородной истерики. Музыка как таковая и исполнительское мастерство в этом механизме занимают отнюдь не самые призовые места – честно говоря, вся эта компания, за исключением отменного скрипача Сергея Рябцева, играет так себе. Но играет настолько дружно и складно, что в этом первобытном гуле глохнет голос любого разума. В Киеве крыша улетела с зала, пожалуй, где-то на хитовой «Start Wearing Purple». Потом была только игра на добивание – с последующим обнажением гудзевого торса, повешением украинского флага на голые плечи, появлением девушек с большими барабанами, и гитарами, летящими в сторону кулис. В рамках биса неожиданность – сыгранный в акустике на критически грустной ноте «Alcohol», посвященный «украинскому року» вообще и группе «Коллежский асессор» в частности. Пятиминутная слабость была компенсирована финальной «Understructable», сыгранной уже на грани здравомыслия, - это походило на какой-то музыкальный апокалипсис. Вообще, последние минут сорок шоу от Gogol Bordello в Киеве исчерпывающе описывает реплика саксофониста Бавурина из фильма «Мы из джаза»: «Цыгане как запели, ты портвейну выпил и закричал: «Вот это да! Вот это голоса! Вот то, что нам надо!» День второй Вторая часть BalkanFest отличалась от первой так же, как и блеск глаз подвыпившего человека от Kocani Orkestarзалитых доверху зрачков хронического алкоголика. Застрельщиками выступили македонцы из Kocani Orkestar, знакомые еще по «Времени цыган» Кустурицы, – добродушная и респектабельная бригада духовиков, основным солистом в которой был кларнетист. Пока они играли инструментальные номера, вспоминались картинки из фильмов знаменитого боснийца. Когда к ним присоединился вокалист, вспомнилось о советской эстраде в духе Полада Бюль-Бюль Оглы. «Гайдамаки», как всегда, прозвучали задорно, звонко и масштабно. Тут долго останавливаться не буду – многие и так знают, что представляет собой группа с Александром Ярмолой у микрофона. Замечу только, что до сих пор «Гайдамаки» выглядят скорее как успешный шоу-бизнес-проект, удачно попадающий в фолк-тренд на Западе, нежели как музыкальный феномен. Каверы хитов Motorhead («Ace of Spades») и Nirvana («Smells Like Teen Spirit») были сколь неостроумны, столь и беспомощны. No Smoking Orchestra четыре года назад учинил в Киеве шоу с добровольным раздеванием девушек: официозная сцена Дворца «Украина», наверно, до сих пор от этого краснеет. Тогда произошедшее воспринималось как манифест абсолютной свободы. На сей раз обошлось без оголений, и, может быть, поэтому выступление группы, где Эмир Кустурица резвится, пощипывая гитару, на фоне Gogol Bordello суточной давности смотрелось как стариковское пати. В ней было больше мудрой радости, нежели юношеского карнавала, свирепствовавшего во Дворце спорта накануне. Кустурица и компания, на пластинках предстающие в качестве погребально-удалого диксиленда, подобрали чисто праздничную программу. Все хмурые номера вроде «Devil in the Business Class» были исключены из сет-листа. Остались только солнечные опусы (в живом варианте зачастую с большим джазовым акцентом в аранжировке, нежели в записи), способствующие беззаботным танцам до потери пульса, в основном классика – «Pitbull Terrier», «Unza Unza Time», песня о том, что «ты, может, и Джульетта, но я не Ромео», и так далее. Скрепляющим элементом между песнями был рефрен из знаменитой мелодии Генри Манчини к «Розовой пантере». Было и форменное баловство: Кустурица между делом цитировал пинкфлойдовскую «Shine On You Crazy Diamond», а другой гитарист – рифф перпловской «Smoke on the Water». Все эти небрежныеNo Smoking Orchestra иронические виньетки придавали концерту аромат невинного постмодернистского веселья, не претендующего ни на что, кроме хорошего настроения всех присутствующих. Присутствующих, кстати, солист Неле Каражлич, выступавший в футболке киевского динамовца, серба Милоша Нинковича, активно включал в процесс и тащил на сцену. Просто потанцевать, исполнить роль упомянутой выше Джульетты, покричать в качестве подпевки фразу «F..k you MTV!», подержать гигантский суперсмычок длиной метров в пять, о который скрипач Деян Спаравало и Кустурица неистово терли свои инструменты, извлекая громовые звуки. Финалом стала свистопляска «Djindji Rindji Bubamara» с толпой танцующих на сцене зрителей, среди которых не сразу удалось рассмотреть соткавшегося из воздуха Евгений Гудзя. Глядя на тысячи переполненных полнокровным счастьем человек, хотелось только одного – чтобы эта отличная идея под названием BalkanFest ни в коем случае не умерла на первом же вздохе. |
|
|
218 просмотра |
29 марта 2010 |